Сын погибших чемпионов мира по фигурному катанию Евгении Шишковой и Вадима Наумова выступит на Олимпийских играх 2026 года под флагом США. Максим Наумов, переживший год назад гибель родителей в авиакатастрофе, сумел не только вернуться в спорт, но и завоевать путевку в Милан — и в момент объявления состава сборной не смог сдержать слез.
В Сент-Луисе завершился чемпионат США по фигурному катанию, ставший решающим этапом отбора в национальную команду на Олимпиаду-2026. Специальная комиссия утвердила список фигуристов, которые представят страну в Милане, и среди них — одиночник Максим Наумов. Еще год назад он был в шаге от завершения карьеры после трагедии, которая навсегда изменила его жизнь.
Январь 2025 года стал для Наумова точкой невозврата. После очередного чемпионата США Максим сразу вернулся в Бостон, а его родители — чемпионы мира в парном катании и участники Олимпийских игр Евгения Шишкова и Вадим Наумов — остались в Уичито, где проводили краткосрочные сборы с юными фигуристами. Они должны были вылететь рейсом в Вашингтон, но самолет при заходе на посадку над рекой Потомак столкнулся с вертолетом. В результате катастрофы не выжил никто из тех, кто находился на борту самолетов, включая Евгению и Вадима.
Этот удар выбил Максима из привычного мира. Он потерял не только родителей, но и тренеров, с которыми был связан с самого детства. Именно они ставили ему первые шаги на льду, вели его от начальных стартов до взрослого уровня и вместе строили план подготовки к Олимпийским играм. Их последний разговор, как вспоминает Наумов, был полностью посвящён спорту: почти час они обсуждали прокаты в Уичито, стабильность элементов и стратегию отбора на Игры-2026. Отец говорил о том, что именно нужно изменить в тренировочном процессе, чтобы закрепиться в числе лидеров и пробиться в олимпийскую команду.
После известия о катастрофе Максим отказался от участия в чемпионате четырех континентов. Он не был готов ни физически, ни эмоционально выходить на старт. Первое публичное появление на льду после трагедии состоялось лишь на мемориальном шоу, посвященном памяти погибших. Тогда он исполнил прокат под композицию Игоря Корнелюка «Город, которого нет» — одну из любимых песен его отца. Этот выход стал настоящей эмоциональной разрядкой и для самого фигуриста, и для зрителей, многие из которых плакали на трибунах.
Долгое время Наумов не был уверен, что сможет продолжать спортивную карьеру. Каждый выход на лед напоминал о том, кого он потерял. Однако постепенно, при поддержке близких и коллег, он начал возвращаться к тренировочному процессу. Ключевую роль в этом сыграли тренер Владимир Петренко и постановщик Бенуа Ришо, которые взяли Максима под опеку и помогли ему не только сохранить форму, но и подготовиться к олимпийскому сезону. Работая с ними, Наумов словно начал строить свою карьеру заново — уже без родителей рядом, но с ощущением, что он продолжает их путь.
До нынешнего сезона Максим трижды занимал четвертое место на чемпионате США — всегда немного не дотягивая до пьедестала и оставляя себе шанс лишь на теоретические разговоры об Олимпиаде. В американском мужском одиночном катании конкуренция чрезвычайно высока. Одна из трех олимпийских лицензий фактически изначально принадлежала Илье Малинину — обладателю уникального технического арсенала, с которым в США не может конкурировать никто. Две оставшиеся позиции стали предметом борьбы между сразу несколькими фигуристами примерно одного уровня, и Наумов входил в этот круг претендентов.
В Сент-Луисе Максим вышел на старт в условиях колоссального внутреннего давления. С одной стороны, за его плечами был самый тяжелый год жизни, с другой — именно сейчас решалось, сбудется ли мечта, о которой они когда-то говорили всей семьей. В произвольной программе Наумов выложился по максимуму, отработав содержание с минимальными ошибками и показав эмоциональный, зрелый прокат. После завершения выступления он в «кисс-энд-крае» достал и показал небольшую детскую фотографию, на которой запечатлен вместе с родителями: малыш в коньках между молодой Евгенией и Вадимом. Тогда он еще не понимал, что такое Олимпиада, но именно в те годы начало формироваться то самое семейное отношение к Играм, о котором он говорил позже.
Итог чемпионата для Максима оказался историческим. Впервые в карьере он поднялся на пьедестал национального первенства, завоевав бронзовую медаль. Вместе с Ильей Малининым и Эндрю Торгашевым он включен в состав олимпийской сборной США и отправится в Милан в статусе одного из главных эмоциональных героев команды. Когда стало ясно, что его фамилия официально внесена в список участников Олимпиады, Наумов не сдержал слез: слишком многое было поставлено на карту и слишком много пережито за один год.
На пресс-конференции после объявления состава Максим признался, что первой мыслью были родители:
«Мы много говорили с ними о том, какое значение Олимпийские игры имеют для нашей семьи, насколько это часть нашей жизни. Как только понял, что отобрался, сразу вспомнил о них. Я бы хотел, чтобы они были здесь и пережили этот момент рядом со мной, но я действительно чувствую их присутствие — они со мной», — сказал Наумов.
Для него этот олимпийский сезон — не просто очередной этап карьеры, а своего рода выполнение общего семейного обещания. Еще до трагедии их план с Евгенией и Вадимом был предельно конкретным: улучшить стабильность, усилить компоненты, защитить себя от ненужных рисков и использовать шанс Милана-2026 как вершину многолетнего труда. Сейчас, когда родителей уже нет, каждая тренировка и каждый старт для Максима — способ сохранить их память не в словах, а в деле.
Особенно символично, что он будет представлять именно США. Его родители — русские чемпионы мира, прославившиеся в парном катании, — в свое время переехали за океан, чтобы продолжить карьеру и заняться тренерской работой. Там они воспитали целую плеяду юных фигуристов и параллельно строили путь собственного сына. Теперь Максим выступает за страну, где он вырос, но в его истории по-прежнему звучит сильное российское спортивное наследие: школа, традиции, подход к фигурному катанию, привитые родителями.
Выход Наумова на олимпийский лед Милана обещает стать одним из самых трогательных сюжетов турнира. Для многих зрителей и специалистов он уже стал символом невероятной психологической устойчивости. Умение не сломаться под тяжестью личной трагедии, восстановить форму, продолжить учиться сложнейшим элементам и выдержать конкуренцию на национальном уровне — редкое сочетание качеств даже для элитного спортсмена.
В эмоциональном плане его выступления на Олимпиаде наверняка будут восприниматься иначе, чем прокаты многих соперников. Каждый прыжок, каждый выезд из элемента и каждый поклон после программы будут не только спортивным результатом, но и данью памяти родителям. В фигурном катании всегда ценили истории, стоящие за программами, и в случае Наумова эта история известна практически всем, кто следит за дисциплиной.
Не менее важен и спортивный аспект. Переход под руководство новых специалистов после смерти родителей потребовал от Максима колоссальной адаптации: изменилась система тренировок, методика работы над техникой, подход к постановкам. Вместо привычных голосов Евгении и Вадима он теперь слышит другие акценты, другие требования. Тем не менее этот переходный период оказался успешным: результаты чемпионата США показали, что новая команда сумела не только сохранить заложенный фундамент, но и развить его.
Отдельная линия в его истории — это восприятие собственного успеха. Сам Наумов говорит, что уже сейчас гордится тем, что смог выполнить главную задачу, которую когда-то сформулировали вместе с родителями: попасть на Олимпиаду. Независимо от того, какое место он займет в Милане, этот старт останется для него особенным. Фактически, это точка, в которой встречаются два мира — «до» и «после» трагедии, о которых он часто говорит.
Олимпиада-2026 может стать для Максима не финалом, а новой отправной точкой. Если ему удастся выдержать давление, получить бесценный опыт и сохранить здоровье, последующие годы карьеры он проведет уже в статусе олимпийца. Это не только меняет отношение судей и федерации, но и придает самому спортсмену иную уверенность. Для спортсмена, пережившего настолько тяжелый личный кризис, уверенность в себе — такой же важный ресурс, как и физическая форма.
Тем, кто будет наблюдать за его выступлениями, стоит помнить: за каждым его прокатом — долгий путь через боль, сомнения и тяжелую работу. Сын русских чемпионов мира, выросший в американской системе, на льду Милана выйдет один, но в его движениях, в выборе музыки, в настрое будут жить те, кто мечтал увидеть этот момент с трибун. И, как сам Максим признается, именно это ощущение присутствия родителей придаёт ему силы идти дальше — независимо от оценок, мест и медалей.