«Биатлон легче, чем смена в пункте выдачи»: Ульяна Черепанова — о пути к медали ЧР, работе за кассой и жизни между спортом и зарплатой
В российском биатлоне появилось новое заметное имя — Ульяна Черепанова. В сезоне‑2025/26 спортсменка из Петрозаводска, выступающая за Санкт‑Петербург, впервые в карьере поднялась на пьедестал чемпионата России, взяв бронзу в суперспринте. Для болельщиков она — неожиданное открытие, но за этим «вдруг» стоят годы тихой работы в тени и не самый простой быт.
Sport24 поговорил с Ульяной о том, как она доросла до этой медали, почему считает биатлон легче работы в пункте выдачи заказов, как живет спортсменка уровня второй сборной и чего она на самом деле ждет от своей карьеры.
—
«Третий сезон — первый по-настоящему взрослый»
— До нынешнего сезона у тебя не было громких результатов во взрослых соревнованиях. Что изменилось, почему именно сейчас получился такой скачок — бронза чемпионата России в суперспринте?
— На взрослый уровень я вышла три года назад, но считать, что я там полноценно «закрепилась», можно только сейчас.
Первый сезон был чистой адаптацией. Ты из юниоров приходишь к взрослым и понимаешь, что это совсем другой темп: скорости другие, дистанции другие, формат стартов жестче, ответственность выше. Мне пришлось просто привыкать — к обстановке, к борьбе до финишной ленточки, к тому, что любая ошибка на рубеже стоит гораздо дороже.
Второй сезон получился скомканным. Много стартов я пропустила, где‑то болела, где‑то не удавалось нормально подготовиться. Постоянно было ощущение, что я догоняю поезд, который уже ушел. И вот только к третьему сезону все более‑менее сложилось: и подготовку провели по плану, и тренировочные объемы выдержала, и здоровье не подводило.
В регионах есть свои трудности — с условиями, инвентарем, финансами. Но мои тренеры не опускали руки, искали варианты, как закрыть все пробелы: где потренироваться, где пострелять, где покататься по нормальному снегу. Ну и возраст, думаю, подоспел. Организм уже не детский, появляется возможность держать более высокий уровень готовности. Все это вместе вылилось в результат.
—
«Эта медаль останется со мной навсегда»
— Что для тебя значит попасть в призеры чемпионата России?
— Это очень важно. Я не отношусь к этой медали как к случайности или как к чему‑то «ну, повезло». Это первый большой взрослый результат, и он останется в истории моей карьеры, какой бы она дальше ни сложилась.
Мне приятно понимать, что когда‑нибудь я смогу показать эту медаль детям или внукам и сказать: «Да, я действительно чего‑то добилась в спорте». Это уже не просто протоколы и какие‑то места в десятке, это реальная награда, которую можно потрогать, повесить на стену, к которой всегда будет привязан целый кусок жизни.
—
«Финиш сезона — огонь, а до этого было не так радужно»
— Насколько ты в целом довольна прошедшим сезоном?
— Если смотреть только на концовку, то все очень классно: и в десятку влезала, и медаль взяла. Но если честно, предыдущая часть сезона была довольно неровной. Результаты скромные, не такие, какие я от себя ждала.
То ход подводил — не могла поддерживать нужную скорость на дистанции, то стрельба сбоить начинала. Из‑за этого не удавалось показывать стабильность, болтало из стороны в сторону: то хороший старт, то провал.
Мне бы хотелось спокойно и ровно проходить весь сезон, а не подлавливать какие‑то отдельные удачные гонки. Чтобы в каждом старте я хотя бы боролась за высокие места, а не хваталась за голову после очередного рубежа. Пока сил на такую стабильность мне не хватает — ни физически, ни психологически. Но это как раз зона роста: есть над чем работать, и это даже мотивирует.
—
Вторая сборная: «Не шок, но очень приятно»
— По итогам сезона тебя включили во вторую сборную России. Какие были эмоции, когда узнала?
— Это не стало для меня громом среди ясного неба, потому что еще до официального объявления тренеры намекали, что ведутся разговоры с тренерским штабом сборной. Но когда все подтвердилось, конечно, было приятно.
Попасть в систему сборной — это не просто статус. Это новый уровень организации тренировок, соперничества, требований. Интересно увидеть изнутри, как все устроено, с какими нагрузками там работают, как выстраивают подготовку к сезону, как живут девочки, которых мы привыкли видеть в трансляциях.
—
«Хорошая биатлонистка — это не только про протокол»
— Главный тренер сборной Санкт‑Петербурга Александр Касперович сказал, что в будущем ты можешь стать «хорошей биатлонисткой». Как реагируешь на такие оценки?
— Понятие «хорошая биатлонистка» очень условное. Для кого‑то это только про медали и места, для кого‑то — про отношение к делу.
Лично я считаю себя хорошей биатлонисткой не потому, что у меня появилась медаль чемпионата России, а потому, как я работаю каждый день. Я честно отрабатываю тренировки, не халтурю, стараюсь выкладываться до конца, даже если меня никто не видит и не снимают камеры.
Но я и сама понимаю, что могу расти дальше. В технике, в стрельбе, в тактике, в психологии. Потолка я пока не чувствую — и это радует.
—
Слова Губерниева: «Красиво, но жить этим нельзя»
— Тебя отмечал не только Касперович, но и Дмитрий Губерниев. Он называл тебя и еще нескольких ребят «будущим фундаментом российского биатлона». Насколько вообще обращаешь внимание на такие заявления?
— Я спокойно к этому отношусь. Сегодня один спортсмен — «фундамент», завтра другой. Это все красиво звучит в эфире, хорошо ложится на ухо болельщикам, но реальной спортивной жизни эти формулировки мало что добавляют.
Для меня это просто приятные слова, не более. Я не строю из себя звезду и не начинаю верить, что «ну все, теперь я основа сборной». Завтра можно провалить два старта подряд — и никто уже не вспомнит, что когда‑то называл тебя фундаментом. Поэтому лучше опираться на тренировки и свои ощущения, а не на чьи‑то громкие формулировки.
—
Максимум в голове: мечтать страшно, но хочется
— Ты никогда громко не заявляла: «Хочу выиграть Олимпиаду, чемпионат мира, Кубок мира». Что для тебя значит дойти до своего максимума? Как ты это представляешь?
— Если честно, мне хотелось бы попробовать себя на международном уровне. Увидеть, как я смотрюсь на фоне сильнейших биатлонисток мира. Это другой ритм, другой нерв, другое давление.
Конечно, было бы здорово поехать на Олимпиаду, привезти оттуда медали. Но пока это все из разряда красивых картинок в голове, а не жестко сформулированные цели. Я, наверное, немного боюсь ставить перед собой вот такие глобальные задачи. Немного страшно, что если не получится, будет сильное разочарование.
Сейчас мой ориентир — выжать из себя максимум здесь и сейчас. Прокачать все, что можно прокачать. Если этот максимум однажды приведет на Олимпиаду — прекрасно. Если нет, но я буду знать, что сделала все, на что была способна, — это тоже будет честный итог.
—
Как все началось: «Пришла в секцию, даже не зная, что такое биатлон»
— Когда вообще началась твоя история в спорте?
— Родители просто поставили меня на лыжи. Самые обычные, которые надеваются на повседневные ботинки. По выходным мы ходили всей семьей кататься в лес. Это была не тренировка, а такие прогулки на свежем воздухе. Но именно тогда я впервые почувствовала, что мне нравится двигаться, скользить по снегу, уставать.
Когда пошла в школу, решила записаться в какую‑нибудь спортивную секцию. Увидела объявление: «Биатлон». И честно — понятия не имела, что это за вид спорта. Просто мне хотелось куда‑то ходить, общаться, играть. В секции было много ребят, мы почти не видели винтовок, а в основном бегали, прыгали, играли в подвижные игры. Было весело, и я не собиралась уходить.
Постепенно нам начали давать в руки пневматические винтовки, объяснять основы стрельбы. Потом мой первый тренер ушел, и меня забрала другая тренер — она вела физкультуру в школе и параллельно руководила лыжной секцией. У нас собралась очень дружная девичья команда: вместе тренировались, ездили на небольшие соревнования, поддерживали друг друга.
—
Переезд в Петрозаводск и путь в Петербург
Со временем нас перевели на новый уровень — в Петрозаводске на спортивную базу «Курган». Там уже начались настоящие тренировки: регулярные сборы, планы, режим, ответственность. До окончания школы я жила фактически в этой системе, училась совмещать учебу и спорт.
Когда подошло время выбирать университет, тренер помогла мне сделать следующий шаг — перейти в Санкт‑Петербург и устроиться в спортивную школу. Так я попала к Виктору Владимировичу Юрлову, позже какое‑то время тренировалась у Эдуарда Михайловича Воробьева. Последние два года работаю с нынешним тренером, с которым и удалось выйти на новый уровень результатов. Мы много пересобрали в технике, изменили акценты в подготовке, стали тщательнее относиться к восстановлению — это тоже важная часть прогресса.
—
«Биатлон легче, чем пункт выдачи»: почему пришлось идти на работу
Параллельно со спортивной карьерой Ульяне, как и многим российским биатлонистам не из топа, приходилось решать совсем приземленный вопрос — на что жить.
— Ты не раз говорила, что у тебя были сложности с деньгами. Как в реальности выглядит жизнь биатлонистки уровня второй сборной?
— Снаружи все кажется красиво: сборы, соревнования, форма, медали. Но если ты не относишься к числу ведущих спортсменов страны, то финансовый вопрос очень остро стоит. Ставки в регионе небольшие, призовые тоже не такие, чтобы можно было спокойно жить весь год.
В какой‑то момент я поняла, что просто не вытягиваю бытовые расходы: аренда жилья, питание, экипировка, какие‑то бытовые мелочи. И тогда пришлось искать подработку. Я устроилась в пункт выдачи заказов. Смена, клиенты, коробки, сканеры — классика.
— Часто спортсмены говорят, что их работа тяжелее любой другой. У тебя, судя по фразе про пункт выдачи, другое мнение.
— Я действительно считаю, что биатлон во многом легче. Когда ты выходишь на старт, да, ты устаешь, тебе тяжело, но это «твоя» нагрузка, осознанный выбор. А в пункте выдачи у тебя по восемь-девять часов на ногах, постоянный поток людей, ответственность за каждый заказ, скандальные клиенты, отчеты. И все это на фоне мыслей, что тебе вечером еще в зал, потом восстановление, потом ранний подъем на тренировку.
В какой‑то момент я поймала себя на мысли: я лучше отстреляю пять рубежей подряд и пробегу десятку по пояс в снегу, чем проведу еще одну такую смену. Биатлон физически тяжелее, но морально — наоборот легче, потому что ты занимаешься тем, что любишь.
—
Как работа мешала и помогала спорту
Работа в пункте выдачи сказалась и на подготовке.
По словам Ульяны, в период, когда она совмещала тренировки и смены, приходилось жертвовать восстановлением. Спать получалось меньше, мышцы хронически не успевали «отходить» после нагрузок, а голова постоянно была забита бытовыми заботами. С другой стороны, это дало ей жесткое понимание: если хочешь остаться в спорте, нужно либо добиваться места в системе, где тебе платят за результаты, либо смириться с тем, что биатлон будет хобби.
Именно тогда она стала смотреть на тренировки иначе — как на шанс изменить свою жизнь, а не просто на привычный распорядок дня. Появилась дополнительная мотивация не пропускать ни одного подхода, не лениться в работе над мелочами на рубеже. Ведь каждое попадание, каждый лишний процент точности — это шанс сделать шаг выше по спортивной лестнице и уйти из режима «спорт плюс подработка».
—
Квиз, учеба и жизнь вне лыжероллеров
Вне спорта и работы Ульяна старается не зацикливаться только на биатлоне. По ее словам, важно иметь «выход» в обычную жизнь, чтобы не перегореть.
Она любит интеллектуальные игры, иногда участвует в квизах, где нужно быстро соображать и отвечать на самые разные вопросы — от истории до кино. Это помогает тренировать голову не хуже, чем тренировки помогают телу. Плюс такие активности дают ощущение простой человеческой жизни: не ты спортсменка на старте, а просто человек в команде, который смеется, спорит, ошибается, радуется.
Еще одна важная тема — образование. Ульяна продолжает учиться, старается планировать так, чтобы сессии и сборы не пересекались критично. Она признается, что иногда приходится сдавать зачеты в ускоренном режиме или договариваться о переносах, но считает, что второе образование или хотя бы диплом — это возможность спокойно смотреть в будущее после окончания спортивной карьеры.
—
Что дальше: между мечтой и реальностью
Сейчас Черепанова — в начале нового этапа. Вторая сборная, первые серьезные медали, растущее внимание к ее персоне, но при этом та же самая каждодневная рутина: тренировки, восстановление, работа над ошибками.
Она не строит громких прогнозов и не обещает болельщикам золотые горы. Хочет другого — честно дойти до предела своих возможностей, не сломавшись ни финансово, ни психологически. Если этот путь приведет ее на большие международные старты — это будет логичное продолжение уже пройденного пути. Если нет — останется история о человеке, который не побоялся признать: иногда тяжелее, чем на дистанции, бывает не на огневом рубеже, а за кассой в пункте выдачи заказов.
И именно это делает ее историю такой живой и близкой тем, кто привык видеть спортсменов только на пьедестале, но редко задумывается, какой ценой дается этот подиум.