У Загитовой все-таки будет своя школа? Проект на миллиард, тренерского штаба нет — зато есть имя и амбиция. История этой школы тянется уже почти два года и успела обрасти слухами, переносами сроков и вопросами о финансировании.
Летом 2023 года глава Татарстана Рустам Минниханов публично обратился к олимпийской чемпионке Алине Загитовой с предложением открыть в республике спортивную школу ее имени. Он подчеркнул, что Алина — яркий пример для молодежи, а в регионе уже есть практика создания специализированных спортивных учреждений. По его словам, логично распространить этот опыт и на фигурное катание.
В тот же день министр спорта Татарстана Владимир Леонов заявил, что с Загитовой уже идут переговоры и встреча с ней состоится в ближайшее время. Встреча действительно прошла быстро: уже 23 июня Леонов сообщил, что в Казани появится школа фигурного катания имени Алины Загитовой, а старт ее работы тогда планировался на январь 2024 года.
Министр подробно описал первоначальную концепцию: к концу 2023 года планировалось выстроить юридическую модель учреждения, а с начала 2024-го начать набор первых групп. Параллельно ведомство вместе с Алиной разрабатывало техзадание на создание отдельного Центра фигурного катания в Татарстане. Изначальный замысел включал два уровня: сначала школа на базе существующей инфраструктуры, затем — строительство собственного ледового объекта.
На следующий день к обсуждению будущего проекта подключилась и сама Загитова. Она призналась, что предложения открыть школу ее имени поступали уже не раз, но раньше она отказывалась. По словам Алины, именно в родном регионе откладывать такой проект уже «грех», а раньше она просто не была готова к организационной стороне вопроса и не понимала, как выстроить тренерскую вертикаль. Теперь, утверждала фигуристка, она чувствует себя достаточно зрелой, чтобы не просто дать школе свое имя, но и отвечать за конечный результат.
Загитова уточнила, что готова пробовать себя в роли тренера, но пока не в масштабе, когда нужно полностью стоять у бортика каждый день. Ей ближе формат управленца и идейного вдохновителя: контроль ключевых решений, участие в формировании методики, организационные вопросы, о которых она тогда предпочла не распространяться публично.
Владимир Леонов в ответ подчеркивал, что школа не будет формальным брендом. По его словам, планировалось, что Алина примет непосредственное участие в управлении: займется селекцией спортсменов, формированием тренерского штаба, проведением мастер-классов и мониторингом прогресса воспитанников. До конца 2023 года власти рассчитывали завершить юридическую конструкцию, определить количество групп и возрастные категории, а затем провести широкую презентацию проекта совместно с Загитовой.
Одним из ключевых элементов задумки стала инфраструктура. При поддержке мэрии Казани начался подбор участка под новый Центр фигурного катания. Рассматривался сценарий, при котором сама школа стартует в существующем ледовом дворце уже в 2023-2024 годах, а отдельный объект с современной ареной, залами ОФП и хореографии будет построен годом позже. Именно этот будущий центр и оценивали более чем в миллиард рублей.
Уже в августе 2023 года появились слухи о том, что инициатором создания школы якобы выступила сама Алина, предложив проект Минниханову. При этом утверждалось, что Загитова хочет лично комплектовать тренерский состав и не особенно заинтересована во взаимодействии с местными специалистами. Отдельно обсуждалось, что переезжать в Казань она не планирует и выстраивает дистанционный формат участия. Официальных подтверждений этим деталям не последовало, но именно вопрос тренерского ядра и роли местной федерации фигурного катания довольно быстро стал одной из самых острых тем вокруг проекта.
К концу 2023 года стало ясно, что первоначальный график срывается. Концепция школы продолжала дорабатываться, а главной нерешенной проблемой оставалось финансирование. Запуск учреждения на базе уже существующего ледового дворца, который планировали на январь 2024-го, перенесли. Ближе к концу года Леонов объяснил, что теперь ориентир — начало нового учебного года, то есть осень 2024-го. При этом, как он утверждал, Алина активно участвовала в проработке всех деталей: консультировала, изучала документы, знакомилась с организационными нюансами.
В феврале 2024 года Загитова появилась в статусе уже не только спортсменки и телеведущей, но и будущего руководителя школы. Выступая после участия в показательных соревнованиях «Битва школ», она отметила, что внимательно наблюдает не только за детьми, но и за организацией процесса. По ее словам, формат таких турниров помогает ей понять, как выстроить работу в своей казанской школе уже в роли менеджера.
Всего через несколько дней Алина озвучила еще более амбициозную цель — совмещать функции тренера и управленца. Она честно призналась, что любит контролировать все процессы и ей «надо все и сразу». В ее представлении школа должна стать не просто местом с красивым именем, а рабочей системой, где она лично участвует в принятии ключевых решений.
Но полностью контролировать ход событий ей не удалось. Вскоре после этих заявлений министр спорта снова заговорил о переносе сроков. Поиск источников финансирования продолжался, а предполагаемые даты запуска школы и начала строительства центра сдвигались раз за разом. К марту 2025 года стало очевидно: деньги на проект в полном объеме так и не найдены, а амбициозная стройка за миллиард остается на бумаге.
Весной 2025-го возникло ощущение, что история с казанской школой Загитовой может затянуться на неопределенный срок. Дополнительное напряжение создала информация о том, что власти Татарстана будто бы не согласовали проект именно из-за его высокой стоимости, превышающей миллиард рублей. На этом фоне Леонов был вынужден снова выходить с комментариями и уверять, что точка не поставлена: проект, по его словам, доведен до финальной стадии, а будущий объект планируется как Центр фигурного катания, в рамках которого будет работать либо академия, либо спортивная школа под руководством Загитовой. Подчеркивалось, что Алина не отстранилась от процесса и продолжает участвовать в разработке концепции.
Сегодня главный вопрос звучит так: что именно в итоге получит Казань — полноценный центр с авторской методикой от олимпийской чемпионки или компактную школу при существующем катке? Формально идея не закрыта, но воплотить изначальный масштаб пока мешает экономика. Объект с современными стандартами, несколькими аренами, залами ОФП, медцентром и общежитием для иногородних детей действительно тянет на сумму, близкую к миллиарду, а иногда и выше. Для регионального бюджета это серьезная нагрузка, особенно в условиях конкуренции с другими социальными проектами.
Отдельная тема — тренерский штаб. Именная школа подразумевает, что к ней автоматически будет повышенное внимание, а родители повезут туда детей с ожиданием высочайшего уровня подготовки. Но создать мгновенно команду тренеров уровня сборной — задача почти нереальная. На российском рынке и так острый дефицит специалистов, умеющих работать и с массовым набором, и с перспективными спортсменами, и с топ-юниорами. Если Алина действительно настаивает на том, чтобы сформировать команду «с нуля», не опираясь плотно на местный тренерский костяк, процесс затянется неизбежно.
Есть и еще один риск: именная школа без присутствия звезды «каждый день на льду» может вызвать у части родителей скепсис. Публично Загитова не раз подчеркивала, что не собирается бросать остальные проекты — работу на телевидении, шоу, коммерческие выступления. Это закономерно: у нее яркий медийный статус, и отказываться от него ради полной занятости на катке было бы странно. Но тогда возникает необходимость честно проговорить формат ее участия: сколько дней в году она будет на льду, насколько глубоко включится в индивидуальную подготовку спортсменов, что именно будет делать как менеджер.
Опыт других именных школ в фигурном катании показывает, что успех таких проектов зависит далеко не только от яркой фамилии. Важно, насколько грамотно прописана внутренняя структура, как выстроена система отбора детей, есть ли «лифт» от массовых групп до спортивного резерва и, в идеале, до уровня национальной сборной. В случае с Казанью дополнительным преимуществом мог бы стать региональный компонент: Татарстан давно вкладывается в спорт и может использовать школу Загитовой как витрину своей спортивной системы. Но для этого необходимо не только построить каток, но и встроить школу в общую экосистему регионального фигурного катания, а не противопоставлять ее местным тренерам.
Тем не менее сам факт, что переговоры длятся уже не первый год, говорит о том, что стороны не готовы просто разойтись. Для властей Татарстана такой проект — инвестиция в имидж региона и в развитие массового спорта. Для Загитовой — шанс закрепиться в профессии не только как звезда соревновательного прошлого, но и как управленец и наставник. Отказ от школы на этой стадии выглядел бы признанием поражения обеих сторон, поэтому логичнее ожидать не отмены, а постепенного «урезания» и адаптации первоначальной задумки.
Возможный сценарий на ближайшие годы — запуск более скромного формата школы на базе существующего ледового дворца с постепенным расширением и параллельным поиском частных инвесторов под полноценный центр. Такой путь уже проходили многие академии в разных видах спорта: отначало аренда чужого льда и минимальный набор групп, затем — дооснащение, расширение штата, развитие брендированных программ и сборов. При таком варианте стоимость входа в проект снижается, нагрузка на бюджет становится менее болезненной, а у Алины появляется время обкатать управленческую модель.
Для самой Загитовой школа — это еще и тест на долгосрочность карьеры после спорта. Шоу и ТВ дают мгновенную узнаваемость, но не всегда гарантируют устойчивость на десятилетия. Собственный учебный проект с четкой методикой и выстроенной вертикалью — это уже база, которая может работать и без постоянного присутствия звезды, если грамотно заложены принципы и команда. Но на это уйдет немало лет, и результат станет виден не раньше, чем подрастут первые выпускники, добравшиеся до юниорской и взрослой сборной.
Пока же у проекта школы имени Алины Загитовой есть все атрибуты большой современной истории: громкое имя, поддержка властей, зрелищная идея, противоречивые инсайды, дефицит денег и затянувшаяся подготовка. И главный интригующий вопрос: удастся ли превратить красивую презентацию и миллиардный эскиз в реально работающий каток, где новые чемпионы будут вспоминать: «Мы начинали в школе Загитовой в Казани»? Ответа на него пока нет, но от того, как будут приняты решения в ближайшие месяцы, зависит, станет ли эта история примером удачного спортивного менеджмента или очередным проектом, оставшимся на уровне громких обещаний.